— А мне нравицо, — сказал Хутин Пуй, отложив газету. – И Могилкин и Уткин выставлены в заметке эдакими противниками жывотнова мира, не тошто Йа, — друк журавлей и тигроф. Комбайнёр и подводник. Рап на галерах и гонщег Формулы-1. Ловец щук и подниматель в небо МИГов. Искатель амфор и бродитель один, после смерти тренера. Целователь мальчикоф в пупог. Возродитель христианства и борец с ИГИЛ. Мочитель в сортирах и кормилец Чечни.
…
Смеркалось.
Путена было не остановить. Он пел и пел себе осанны.
— Ты заткнёшься или нет!!! – Кто-то мощно уебал по маленькой головке затрещину. Путен аж поперхнулся, и упал с трона. Рядом стояли два кряжистых мужыка в белых фехтовальных масках, но с двуручными бейсбольными битами.
— В этом году в России было куплено пицот тыщ бейсбольных бит, — решил оттянуть свой конец Пуй, одновременно блеснуть знанием ситуации в стране. — И лишь один мячик …
— И мы его потеряли, — сокрушённо пробормотали мужыки, поудобнее берясь за биты.
— Я вам куплю. – быстропробормотал хутен. – Два. Нет. Семь! – растопырил он ладонь.
— Пятнадцать! – И поднял вторую руку.
— Не ценишь ты народ, урод. Голи! – Крикнул правый мужык, и, со всей дури пизданул по уху Пуя. Левый, с битой наперевес, метнулся в дальний конец тронного зала, куда, кувыркаясь, и разбрызгивая из порванных аорт кровь, летела голова диктатора. «ДЫЩЬ!!» — И головка полетела обратно. Мужыки из заплечных колчанов достали бамбинтоновы ракетки.
«Пынь-пынь-пынь …», — летала голова туда/обратно, пока герои не нахохотались и не утомились.
И никто не подумал, что может мы так зря.
Эту гидру хуй убьёшь, пока не заточишь в цугундер.
ПС.
— А может с этого чайника, — поднял Могилкин головёнку с корта, — сотворим чё-нить?
— Давай. – Согласился Уткин.
Слыхал я эту байку. Но всю ебошь попам шьют здесь, они сами, на своих свечных заводиках. И умный Алексий такую шляпу пропустить не мог. Другой формат. )))
Так и шнырял Говард Уткин от планеты к планете с конструктором и ячменным зёрнышком, пока везде не зародилась жизнь. И тогда сам Главбох сдался. Призвал к своим ницам космического героя, дабы вручить ему Главный Орден Бога за развитие и оплодотворение Космоса.
Говард Уткин был пунктуален и не любил опаздывать. Но даже он не мог себе представить, что Космос много больше аэропорта Шереметьево. Короче, опоздал.
В приёмной Бога уже сидел маленький невзрачный человечек с узко посажеными глазками.
— Вы, на замещение вакансии? – быстро пробормотал он. – Я первый.
— Нет. Я за наградой. У меня назначено. – Пошёл Говард к двери.
Маленький сблёвыш мгновенно встал на пути:
— Только через мой труп.
Уткин в глубоком децтве был членом ОСВОДа, защитником природы и памятников старины, значкистом ГТО, позже состоял в профсоюзе, где за всё платил взносы. Поэтому, просто, на всю сумму, свернул гадкому утёнку шею.
Оглядевшись, он вывесил тушку за окно в авоське. И постучался в дверь, с рукописно-незатейливой табличкой на иврите «БОГ».
— Когда я был маленьким …
В зале трибунала засмеялись.
— Когда я был ребёнком, — исправился подсудимый. – Во дворе меня все били, заставляли собирать бычки и гонять за водкой. Даже приобщали к европейской гей-культуре. Но я сопротивлялся, как мог. Бычки скуривал сам, за водкой не гонял, а ходил пешком, обходя три квартала, и гей-культуру возненавидел, больше, чем всё дворовое быдло. Мечтая стать милиционером, хотел попасть в команду Собчака, и всех наказать. Но там нужны были в первую очередь интеллигентные люди, поэтому я даже хотел научицо играть на скрипке, но на скрипку у семьи денег не было, поэтому отобрал у очкастого Ватмана, за что меня отправили в спецшколу КГБ, которую я окончил с отличием.
— А вот я держу в руках аттестат, — подал голос Митрич, — здесь одни тройки.
— Это были мои наивысшие оценки, — вздохнул Пуй. – Других я не знал.
— Так вы – долбаёб.
Пуй, опустив голову, шевельнул плечом.
— Продолжай.
— Чё продолжать, давайте я вам лучче песню спою.
— Пой! – пизданул Коловрат по столу дубиной.
— А чё у тебя за звёзды на ключицах? Вор? – поинтересовалась Плюмбум.
— Это …, — засмурел Хутин, но взял себя в руки. – Это когда майора получил, друзья на плечах накололи, пока я пьяный валялся. Хи-хи. А щас постарел, животик вырос, вот стянуло их на грудь.
— Ну, ну. Пизди дальше.
Пагодь, паготь. Не прав ты, Юша. Это уже христосцы пиздили всё у Перуна и Велеса, а так же у шумерцев. И хаяли их, всвязи со своей правослабной тупости:
«иже молѧть подъ ѡвиномъ. и ѡгневи. и виламъ и мокоши (і) симy. (і) руглy и перyнy и волосy скотью б҃у. (і) родy и рожаницамъ (=—ѣ) и всѣмх тѣмъ иже сyть имъ (=тѣмъ) подобии се же оyчение намъ вписасѧ конець вѣкъ». (Слово христолюбца).
Христианская традиция не полностью ассимилировала образ Велеса. Сохранилось представление о нём как о злом духе, чёрте: русские диалектные ёлс, волосатик, волосень — «нечистый дух, чёрт», чеш. Veles — «злой дух, демон».
Из библии амр
— Вы меня в плен, что ли взяли? – Скрипел буратинов в деревообрабатывающем станке в бумажной рубашечке и колпачке.
— Где бабло?!!! — Хмурились, и держали пальцы на кнопке*, алисовцы.
— В чём дело, пацаны? – Продолжало возмущатца деревянное недоразумение.
— Баблосы где??!!! – Визжали, на входе в пилораму, как фрезы, базильцы.
«В пизде», — обреченно подумал паренек. — «Набитой опилками Мальвины. Да разве ж поверят :(( !!»
Пальцы алисовцев судорожно дружно нажали на синюю кнопку. Кнопка нажалась. Станок заработал. Буратинов закричал. Но его тут же засосало под колуны. Потом –топоры, пилы, фрезы, жарку, парку, сушку, деревомясорубку, пресс, валик и, наконец, получился – ВАТМАН.
В США – семито-американец, и герой комиксов про «Человека – летучую мышь».
В России – ватман и ватман. Разницы не делают. Как между Шерлок Хомсом и доктором Ватсоном, Кобзоном, Борманом, «Аншлагом» …
Не там зарыт камень …
___________________________
* Имеется ввиду – БСКВС. (большая синяя кнопка включения станка).
Вы, Айван, каг из Зимбабвэ. И никогда не здатите на тракториста в пингвологическом техникуме Магилкина. Ибо там, уже на вступительных экзаменах обязательно спрашивают фильмографию Гайки Митрича. Вождя всех племён американских индейцеф на студии ДЭФО. (ГДР).
Пакентофски подскажу про самый каверзный вопрос у Могилкина на вступительных экзаменах: фильм «Вождь Белое Перо» снимали в Монголии. На этот транш Монголия живёт до сих пор.
Черемшаны. Подворье. На скамье два молодца, одинаковы с литца. Напротив стоит не совсем вжопупьяный Говард Уткин с бутылкой джина в устах. Наконец, утолив жажду, он вытер рот рукавом:
— Здрасть. Май нэмис – Говард. Шпацирен тут мимо, дискатеку искать. Данцен пляски, буги-вуги, ракенролл. Йа-ху-уууу!
— Здравствуйте. Иван. – Представились одновременно молодцы.
— Вы, близнецы или однофамильцы? – не понял сразу ГУт.
— Близнец. – Опять одновременно сказали парни.
Так в Поволжье появился Иван Близнец, в подворье которого не раз потом зажигали ГУт и Могилкин Адонаевич, югославский брат Митрича из наших.
У меня другая история из времён Большого Забуха. Конец 80-х. Справляли ДР товарища. Народу было человек 15. Все ужрались в говнище, попадали, кто, где мог. Остался я один. Время под утро. Скушно. Расталкиваю кента: — Пить будешь?
— Угу, — поднимаецо зомби, выпивает рюмку, ставит, и произносит сакраментальную фразу: — Пацаны, давайте веселицо! – и падает обратно.
Я сцуко ржал, пока не расцвело. )))))))
…
Смеркалось.
Путена было не остановить. Он пел и пел себе осанны.
— Ты заткнёшься или нет!!! – Кто-то мощно уебал по маленькой головке затрещину. Путен аж поперхнулся, и упал с трона. Рядом стояли два кряжистых мужыка в белых фехтовальных масках, но с двуручными бейсбольными битами.
— В этом году в России было куплено пицот тыщ бейсбольных бит, — решил оттянуть свой конец Пуй, одновременно блеснуть знанием ситуации в стране. — И лишь один мячик …
— И мы его потеряли, — сокрушённо пробормотали мужыки, поудобнее берясь за биты.
— Я вам куплю. – быстропробормотал хутен. – Два. Нет. Семь! – растопырил он ладонь.
— Пятнадцать! – И поднял вторую руку.
— Не ценишь ты народ, урод. Голи! – Крикнул правый мужык, и, со всей дури пизданул по уху Пуя. Левый, с битой наперевес, метнулся в дальний конец тронного зала, куда, кувыркаясь, и разбрызгивая из порванных аорт кровь, летела голова диктатора. «ДЫЩЬ!!» — И головка полетела обратно. Мужыки из заплечных колчанов достали бамбинтоновы ракетки.
«Пынь-пынь-пынь …», — летала голова туда/обратно, пока герои не нахохотались и не утомились.
И никто не подумал, что может мы так зря.
Эту гидру хуй убьёшь, пока не заточишь в цугундер.
ПС.
— А может с этого чайника, — поднял Могилкин головёнку с корта, — сотворим чё-нить?
— Давай. – Согласился Уткин.
Свой растрепавшийся лобок,
Вздохнёшь и ляжешь с ревматизмом,
Дудеть довольно в бычий рог.
А дед, обув штаны и лапти,
Кабут-то молодой пострел,
На камеру расскажет миру,
Что Али Платинумум он ел. ))))
Бесконечные просторы,
Только вот в моей деревне,
Лишь обоссаны заборы.
)))
Я жарил шашлыки, бухал коньяк.
А ты одна, с канистрой газолина,
Брела, в ущерб здоровью, натощак.
Я накормил тебя, налил три литра пива,
Скафандр дал, ты голая была,
Ходила босиком по рекам Марса,
Искала человечков, не нашла.
С попуткой, я тебя к Земле отправил,
Где ты себе заправку завела,
Сиди уже, воспитывай детишек,
И мужу будь достойная жына.
))))))
Говард Уткин был пунктуален и не любил опаздывать. Но даже он не мог себе представить, что Космос много больше аэропорта Шереметьево. Короче, опоздал.
В приёмной Бога уже сидел маленький невзрачный человечек с узко посажеными глазками.
— Вы, на замещение вакансии? – быстро пробормотал он. – Я первый.
— Нет. Я за наградой. У меня назначено. – Пошёл Говард к двери.
Маленький сблёвыш мгновенно встал на пути:
— Только через мой труп.
Уткин в глубоком децтве был членом ОСВОДа, защитником природы и памятников старины, значкистом ГТО, позже состоял в профсоюзе, где за всё платил взносы. Поэтому, просто, на всю сумму, свернул гадкому утёнку шею.
Оглядевшись, он вывесил тушку за окно в авоське. И постучался в дверь, с рукописно-незатейливой табличкой на иврите «БОГ».
И улыпка и жына,
И наскоф моднейшых куча,
Красной фабрики «Швея».
Я же в кедах, кака бычный
Бомж с Казанскава вокзала,
Где-то фкосмасе летаю,
Пиво пью, подняв забрало.
И земное притяженье,
На меня, каг вакуум,
Не влияют, — я же гений!!!
Сцуко, индивидуум! ))))))))))))
синих женщин там встречать?
Приходи к нам в клуп, под вечер,
УЙМА!
Не перещитать!!!
)))))
Летит в созвездие Близнец.
А там табличка: «Нету тары».
Опять лететь в другой конец.
Включив мигалку и сирену,
В промзону космоса, опять,
Здавать бутылки за бесценок,
Лишь бы солярку оправдать.
;)))))
Съел мышонка. Псих/не псих?!
— Не кручинься, Говард Уткин,
Мы другой напишем стих.
)))))
www.stihi.ru/2010/08/12/1815
В зале трибунала засмеялись.
— Когда я был ребёнком, — исправился подсудимый. – Во дворе меня все били, заставляли собирать бычки и гонять за водкой. Даже приобщали к европейской гей-культуре. Но я сопротивлялся, как мог. Бычки скуривал сам, за водкой не гонял, а ходил пешком, обходя три квартала, и гей-культуру возненавидел, больше, чем всё дворовое быдло. Мечтая стать милиционером, хотел попасть в команду Собчака, и всех наказать. Но там нужны были в первую очередь интеллигентные люди, поэтому я даже хотел научицо играть на скрипке, но на скрипку у семьи денег не было, поэтому отобрал у очкастого Ватмана, за что меня отправили в спецшколу КГБ, которую я окончил с отличием.
— А вот я держу в руках аттестат, — подал голос Митрич, — здесь одни тройки.
— Это были мои наивысшие оценки, — вздохнул Пуй. – Других я не знал.
— Так вы – долбаёб.
Пуй, опустив голову, шевельнул плечом.
— Продолжай.
— Чё продолжать, давайте я вам лучче песню спою.
— Пой! – пизданул Коловрат по столу дубиной.
www.youtube.com/watch?v=m5QfW38V3KY
— А чё у тебя за звёзды на ключицах? Вор? – поинтересовалась Плюмбум.
— Это …, — засмурел Хутин, но взял себя в руки. – Это когда майора получил, друзья на плечах накололи, пока я пьяный валялся. Хи-хи. А щас постарел, животик вырос, вот стянуло их на грудь.
— Ну, ну. Пизди дальше.
Никого и ничего.
Лишь китайские хунхузы,
Щюрить радостно ебло.
Это здесь, у нас, в Сибири.
За Уралом и в Маскве,
Будут жить одни таджики,
И ИГИЛовцы ваще.
Хутин Пуй и алигархи –
На отдельных островах,
Где уже стоят их виллы,
А Россия — иди нах.
«иже молѧть подъ ѡвиномъ. и ѡгневи. и виламъ и мокоши (і) симy. (і) руглy и перyнy и волосy скотью б҃у. (і) родy и рожаницамъ (=—ѣ) и всѣмх тѣмъ иже сyть имъ (=тѣмъ) подобии се же оyчение намъ вписасѧ конець вѣкъ». (Слово христолюбца).
Христианская традиция не полностью ассимилировала образ Велеса. Сохранилось представление о нём как о злом духе, чёрте: русские диалектные ёлс, волосатик, волосень — «нечистый дух, чёрт», чеш. Veles — «злой дух, демон».
Из библии амр
— Вы меня в плен, что ли взяли? – Скрипел буратинов в деревообрабатывающем станке в бумажной рубашечке и колпачке.
— Где бабло?!!! — Хмурились, и держали пальцы на кнопке*, алисовцы.
— В чём дело, пацаны? – Продолжало возмущатца деревянное недоразумение.
— Баблосы где??!!! – Визжали, на входе в пилораму, как фрезы, базильцы.
«В пизде», — обреченно подумал паренек. — «Набитой опилками Мальвины. Да разве ж поверят :(( !!»
Пальцы алисовцев судорожно дружно нажали на синюю кнопку. Кнопка нажалась. Станок заработал. Буратинов закричал. Но его тут же засосало под колуны. Потом –топоры, пилы, фрезы, жарку, парку, сушку, деревомясорубку, пресс, валик и, наконец, получился – ВАТМАН.
В США – семито-американец, и герой комиксов про «Человека – летучую мышь».
В России – ватман и ватман. Разницы не делают. Как между Шерлок Хомсом и доктором Ватсоном, Кобзоном, Борманом, «Аншлагом» …
Не там зарыт камень …
___________________________
* Имеется ввиду – БСКВС. (большая синяя кнопка включения станка).
© Copyright: Говард Уткин, 2005
ПС. Какова чиха? ))))
А это жись. )))))
www.youtube.com/watch?v=s5pMASPF7LI
Пакентофски подскажу про самый каверзный вопрос у Могилкина на вступительных экзаменах: фильм «Вождь Белое Перо» снимали в Монголии. На этот транш Монголия живёт до сих пор.
на нервной почве
нокти грыс,
плевал на твердь.
Я к чему.
Земля – на месте.
А Исус сам,
где теперь?
— Здрасть. Май нэмис – Говард. Шпацирен тут мимо, дискатеку искать. Данцен пляски, буги-вуги, ракенролл. Йа-ху-уууу!
— Здравствуйте. Иван. – Представились одновременно молодцы.
— Вы, близнецы или однофамильцы? – не понял сразу ГУт.
— Близнец. – Опять одновременно сказали парни.
Так в Поволжье появился Иван Близнец, в подворье которого не раз потом зажигали ГУт и Могилкин Адонаевич, югославский брат Митрича из наших.
— Угу, — поднимаецо зомби, выпивает рюмку, ставит, и произносит сакраментальную фразу: — Пацаны, давайте веселицо! – и падает обратно.
Я сцуко ржал, пока не расцвело. )))))))